Фёдор Шехтель: вечный спор змея с тощей собакой (об особняке Зинаиды Морозовой, Спиридоновка, 17)

Полноправный хозяин Москвы – генерал-губернатор, великий князь Сергей Александрович был наслышан о “московском чуде” – немыслимой архитектуры особняке Саввы Морозова. Заинтересовался, приехал посмотреть. Как положено, известил хозяина заранее. Вот только Савва в назначенный день дома не появился, и «московское чудо» великому князю показывал мажордом. Когда Савве передали неудовольствие князя, тот даже удивился: ведь Сергей Александрович хотел видеть дом, а не хозяина…

Читать далее

Хитрое устройство дома Наркомфина, что такое авангард и как министр финансов стал архитектором (Новинский бульвар, 25)

Послереволюционная публика “уплотнила” Филиппов Филипповичей – так появились коммуналки. Там стали возникать первые стихийные коммуны. Правда, инициатива быстро сошла на нет из-за бытовых склок. Советские архитекторы решили: коммуны не прижились потому, что помещения были неподходящими. А если придумать подходящие помещения, то… Так что создатели дома Наркомфина проектировали не просто дом: они проектировали новый образ жизни, нового, небывалого советского человека. Вот уж у кого были амбиции инженеров человеческих душ!

Читать далее

Фотоотчет об экскурсии в особняк Смирнова 26.03.2017

На экскурсии в особняк Смирнова говорим о борьбе «дракона с собакой» в душе Франца Осиповича Шехтеля, и о том, как власть в России со времен, как коварные итальянцы, строители Кремля, завезли к нам самогонный аппарат, билась над решением двух взаимоисключающих задач: наполнения казны «пьяным рублем» и ограничения пьянства, расползавшегося как лесной пожар. И о бесконечной ходьбе по кругу: монополия-откупа, откупа-монополия. И о Дмитрии Ивановиче Менделееве. И, конечно, о водочной империи Петра Арсеньевича Смирнова (на пике выпускавшей 50 миллионов бутылок в год 400 сортов). И о «Smirnoff» vs Смирнов.

Читать далее

Фотоотчет об экскурсии в особняк Носова 3.2.2017

В этой экскурсии, впрочем, интересного много: тут и староверы-беспоповцы, и история московской купеческой семьи Носовых, и рейдерские захваты образца начала XX века, и патриархальное производство драдедамовых платков, на котором Носовы заработали начальный капитал. Впрочем, в особняке Носова главное – все-таки сам особняк постройки Льва Николаевича Кекушева: и то, как он выглядит снаружи, и интерьеры (работа того же Кекушева, как это обычно и бывало в эпоху модерн, когда архитектор проектировал все, включая дверные ручки).

Читать далее

Фотоотчет об экскурсии в Московские Центральные, они же Хлудовские бани 5 марта 2017 г.

Еще с одной группой сходили на экскурсию в Хлудовские бани, посмотрели причудливые интерьеры. Ведь совсем недавно в Театральном проезде были такие бани, лучшие в Москве (впрочем, Хлудовские делили это высокое звание с Сандунами, своим вечным конкурентом). Хлудовские, они же Китайские, они же центральные бани – это еще и первая настоящая, большая работа отца московского модерна Льва Кекушева, где он после строительства казарм и скотобоен смог показать свой талант.

Читать далее

Забытая жемчужина, или куда москвичи ходили на экскурсии в начале ХХ века: староверческий Воскресенский храм в Токмаковом переулке

Храм произвёл в Москве настоящую сенсацию. В «Русском слове», например, написали: «В высокой степени художественное, оригинально задуманное, великолепно выполненное сооружение. Храм в общем не велик, но удивительно гармоничен, светел и радостен. Он настолько оригинален, настолько не поход на остальные церкви, что, вероятно, сделается одной из достопримечательностей Москвы». Некоторое время так оно и было – в Токмаков переулок приезжали на «экскурсии» любопытствующие москвичи.

Читать далее

Савва Морозов: «Легко в России богатеть, а жить — трудно!»

Мыслимое ли дело, чтобы фабрикант давал деньги на революцию да еще сам завозил на собственную фабрику прокламации! Великий оригинал Савва именно так и поступал. Еще и усмехался: «Может, хоть господа-революционеры поставят Россию на европейские рельсы!». Впрочем, он расплатился за свою оригинальность весьма дорогой ценой: собственной жизнью и жизнью двоюродного внука…

Читать далее

Идем в «готический» особняк Бахрушина: экскурсия-лекция Алексея Недуева

Семейный архитектор Бахрушиных Карл Карлович Гиппиус намучался с этим особняком: заказчик, Алексей Александрович Бахрушин, создатель театрального музея, постоянно вмешивался в разработку проекта. И все же фасад и парадный вестибюль Гиппиусу удалось построить такими, какими он их задумал: под готический замок. Хотя особой его гордостью было крыльцо в стиле ар-нуво, нещадно раскритикованное Федором Осиповичем Шехтелем. И, к величайшему огорчению архитектора, Бахрушин это крыльцо сломал, пригласив построить новое именно Шехтеля.

Читать далее

Автозаводская-Новокузнецкая: о мозаичисте, архитекторе и математике

Обычно возвышенную и грустную историю подвига мозаичиста, умиравшего с голоду, но исполнявшего заказ Метростроя, рассказывают в связи с «Новокузнецкой». Очень уж драматичен контраст условий, в которых работал Владимир Фролов, и жизнерадостного, яркого, красочного яблоневого сада на одной из мозаик. Но мы помним, что заказов у Фролова было сразу два, причем вряд ли для него было бы так важно из последних сил заканчивать мозаики для «Донбасской» – законсервированной на тот момент станции. А вот для «Завода им.Сталина» («Автозаводской»)- другое дело! Работа по строительству станции как раз возобновилась в декабре 1941-го – январе 1942-го, и мозаики там очень ждали…

Читать далее

Маяковская: советская готика и 34 сюрприза

На станции «Маяковская» продвинутые школьники устраивают аттракцион: если с достаточной силой пустить вверх по желобку стальной полосы 5-рублевую монету, она опишет по потолку полукруг и спустится по противоположному столбу. Эта станция настолько совершенна, что разделить в ней конструкцию и искусство невозможно. Недаром “Маяковская” была воссоздана в натуральную величину в павильоне СССР на всемирной выставке в Нью-Йорке 1939 года – и получила Гран-При. При этом главная жемчужина станции от ленивого глаза скрыта. И если вы ни разу не задрали голову к потолку, оказавшись на «Маяковской» – значит, вы ее и не видели…

Читать далее

Палаты Аверкия Кириллова (XVII век), Берсеневская набережная, 20

Стрельцы бегали по царским покоям, заглядывали в чуланы, шарили под кроватями, переворочали постели, тыкали копьями в престол и жертвенники в придворных церквах. Думный дьяк Ларионов спрятался, по одним известиям, в трубу, по другим – в сундук; его вытащили, сбросили с крыльца на копья и рассекли на части. Тогда же ограбили его дом и нашли у него каракатицу, которую он держал в виде редкости. “Это змея, – кричали стрельцы, – вот этою-то змеею он отравил царя Федора”…

Читать далее

О династии Носовых и особняке Носова, Электрозаводская, 12

Носову не раз приходилось разрешать конфликт между долгом и чувством – в связи с выросшими детьми. Одна только Вера порадовала, выйдя замуж за Алексея Бахрушина. А что устроила Варвара? Влюбилась в князя Енгалычева! Для Василия Дмитриевича этот выбор был – не лучше чем родство с Рябушинскими… А ну как подумают, что он дочке титул хочет купить? Поддаться на соблазн улучшить свое довольно низкое (несмотря ни на какие миллионы) положение в обществе, купив дворянство, охотников находилось немало. И ничем хорошим это никогда не кончалось, позор один! Вон, взять хотя бы владельца знаменитых гастрономов Елисеева…

Читать далее

О Преображенском кремле и безбрачии староверов (Преображенский вал, 17)

100 лет староверы-беспоповцы вообще не рожали детей. Некоторое время их это не слишком заботило – ожидался скорый конец света, какие уж тут дети… А воспроизводилась община за счет активной проповеди среди православных, немалое число которых старообрядцам удавалось обратить в собственную веру. В конце концов разрешения на брак стали добиваться купцы – в старообрядческой общине люди влиятельные, собственно, на них-то все и держалось, и от их интересов так просто было не отмахнуться! Заработанное и накопленное имущество не все хотели оставлять общине, частная собственность предполагает наследников. Опять же, конец света явно затягивался…

Читать далее

Дом Высоцких, Огородная слобода, 6 (метро “Чистые пруды”)

Молодые люди были слишком молоды, а Ида слишком красива. Дело кончилось страстной влюбленностью Пастернака. «О своем чувстве к В-й, уже не новом, я знал с четырнадцати лет. Это была красивая, милая девушка, прекрасно воспитанная и с самого младенчества избалованная старухой француженкой, не чаявшей в ней души. Последняя лучше моего понимала, что геометрия, которую я ни свет ни заря проносил со двора ее любимице, скорее Абелярова, чем Эвклидова. И, весело подчеркивая свою догадливость, она не отлучалась с наших уроков. Втайне я благодарил ее за вмешательство. В ее присутствии чувство мое оставалось в неприкосновенности».

Читать далее

Ксенинский приют, Малый Козловский, 1 (метро “Красные ворота”)

Попечительствовала над приютом великая княгиня Ксения Александровна – старшая из дочерей императора Александра III. Ее история не совсем обычна. До Ксении Александровны для царских дочерей не существовало иного варианта замужества, кроме как за какого-нибудь европейского представителя правящей династии. Но Ксения умудрилась влюбиться в собственного двоюродного дядю – великого князя Александра Михайловича по прозвищу Сандро, очень спортивного молодого человека, который дружил с ее братом Николаем (будущим императором Николаем II). Не надеясь на то, что родители согласятся на такой брак, Ксения страдала молча. Ну почти молча – однажды она все-таки поделилась переживаниями с Николаем…

Читать далее

Львиные ворота гуляют по Москве

В 1806 году Потешный дворец в Кремле стали перестраивать, приспосабливая под новые нужды. Науки археологии еще толком не существовало, представления о ценности всего древнего тоже. Средневековые ворота пропали бы, если б не старообрядцы. Вот уж кто ценил старину! Не из археологических или искусствоведческих соображений, конечно. Просто история для них делилась на «до» и «после». Все, что до реформы Никона – хорошо и правильно, это следует сохранять и беречь. Все, что после – отвергать. А Львиные ворота Милославским были построены хоть и незадолго, но до…

Читать далее

По Замоскворецкой (зеленой) линии метро

Бегом по переходу, от точки до точки, не оглядываясь – давайте сознаемся, что именно в таком режиме мы год за годом пользуемся метро. Спрашивается, для кого тогда были построены все эти подземные дворцы? Для кого трудились лучшие советские архитекторы, создавая всю эту немыслимо сложную по архитектурному замыслу красоту? Давайте, пользуясь праздниками и относительным безлюдьем, проедемся по Замоскворецкой линии, никуда не торопясь, и приглядимся, наконец, внимательно к самым прекрасным станциям второй очереди Московского метрополитена, строившимся в 30-40 годы…

Читать далее

Макаронная фабрика Динга, Ул. 3-я Рыбинская, д. 22 (метро “Сокольники”)

Под конец Иоган Леопольд Динг производил 11% всей макаронной продукции России. Но в немецкие погромы 1915 года его фабрика частично пострадала – сгорел кондитерский корпус. После чего Иоган Леопольд, не желая больше испытывать судьбу, продал свое дело от греха подальше, а сам поспешил покинуть страну.

Читать далее

Дом Дурака

Еще к разговору о вкусах (в Москве такого много). Вот это – особняк Арсения Морозова на Воздвиженке – хорошо все-таки или плохо? Кстати, это ведь про него в толстовском “Воскресенье”: «И как они все уверены, и те, которые работают, так же как и те, которые заставляют их работать, что это так и должно быть, что, в то время как дома их брюхатые бабы работают непосильную работу и дети их в скуфеечках перед скорой голодной смертью старчески улыбаются, суча ножками, им должно строить этот глупый ненужный дворец какому-то глупому и ненужному человеку, одному из тех самых, которые разоряют и грабят их», — думал Нехлюдов, глядя на этот дом”…

Читать далее

Лебедь на Верхней Масловке

Говорят, что в окна подсматривать нехорошо. Но мимо иных окон так просто не пройдешь. Во-первых, само остекление (нет, это не конструктивизм. Это его непримиримый враг – рационализм. Но не пытайтесь найти 10 отличий, во всяком случае на примере этого здания. -)) Во-вторых – там, за окном, видите что? Нет, там живет не орнитолог. Скульптор там живет, вот кто. Не знаю, как вам, а мне скульптура за окном представляется всегда много лучше, чем она есть на самом деле… Короче, на фото – окно одной из мастерских дома художников на Верхней Масловке. Осколка авангардистского корабля искусств, спроектированного “АСНОВой” и потерпевшего кораблекрушение, как и весь авангард, в 1934-м. При этом художники там живут до сих пор (белый лебедь за окном – их имущество)…

Читать далее