Вера Мухина: взлететь над Эйфелевой башней

На Всемирной выставке было лишь два серьезных претендента на лидерство: СССР и Третий рейх. Соревновались в грандиозности и красоте павильонов. Наш оказался ниже немецкого, но когда на крышах смонтировали скульптурные навершия, стало очевидно: победили русские. У немцев это был очень простой орел со свастикой, снизу смотревшийся маленьким и жалким, у нас — грандиозные 25-метровые «Рабочий и колхозница». Немцы с отчаяния подослали диверсанта — подпилить трос монтажного крана с тем расчетом, чтобы рухнувшая стойка испортила скульптуру.

Далее...

Совсем другой город Энск художника Андрея Черкасова

Эта коллекция уникальна. Даже похожего ничего не существует – во всяком случае, нам (да и самому Андрею Черкасову) не известны художники, работающие в подобном жанре. Многочисленные фарфоровые жители фарфорового города Энска отчасти вылеплены, отчасти нарисованы, и каждый по-своему: со своим лицом, своим характером. Можно сказать: вот что получается, если настоящего художника попросить изготовить обычного гжельского петушка. -) «Совсем другой город» обычно интересуется историей Москвы, но на этот раз мы встретились с Андреем Черкасовым, чтобы узнать историю его Энска…

Далее...

Четыре Карацупы и собака

«Совсем Другой Город», проводя экскурсии по московскому метро, провел небольшой опрос среди москвичей на тему: зачем на платформе станции метро «Площадь революции» трут нос собаке, ведь это же явно наносит ущерб скульптуре? И какой, собственно, собакой стоит по их мнению пожертвовать ради всеобщей сбычи мечт? На какой она платформе? На той, с которой идут поезда в сторону «Курской», или на другой, в сторону «Библиотеки имени Ленина»? Мнения разделились примерно пополам. Причем, если мы спрашивали: «А, может быть, эта собака — со стороны центрального нефа?», — многие, подумав, соглашались, что пожалуй — так. Ну и, наконец, последний вопрос: «А если со стороны центрального нефа, то справа или слева?», — окончательно ставил опрашиваемых в тупик. При том, что о пользе ритуала «потереть нос собаке на «Площади революции», знают, похоже, (судя по кошмарному состоянию носов) поголовно все пассажиры московского метро, тот очевидный факт, что собак (и, соответственно, носов) – четыре, часто просто не замечается. А между тем, это именно так. Каждая скульптурная композиция повторена скульптором Манизером четыре раза: по две на пилон, расположены по диагонали, и также по диагонали — на противоположном пилоне. Так что из центрального нефа всякую скульптуру видно с четырех разных ракурсов.

Далее...

Художникам верить нельзя, или разве это форточка?

На бумажке — пояснение, из чего сделано и зачем это добро выставлено на всеобщее обозрение. Мол, это «ФортоШная выставка» в мастерской скульптора Андрея Митенева… Чего непонятного? Ну кроме того, при чем тут форточки. Вот в очередной раз убеждаюсь: верить творческим людям нельзя!

Далее...

Манизеры: полстраны сидит, а полстраны на коленях

Елена Манизер – автор барельефов павильона метро «Динамо», что минутах в 20 ходьбы от 1-й улицы 8-го марта. На стене наземного павильона – марш физкультурников. Им, может, и тесновато (спортсмены выглядят немножко как очередь на эскалатор в час пик), но во всяком случае, они могут стоять в полный рост. А вот барельефы работы той же Елены Манизер в круглых розетках на стенах центрального нефа подземного павильона точно так же, как у мужа, страшно стеснены со всех сторон. Из-за этого позы спортсменов неестественны.

Далее...