Указ Петра I №1736 «О праздновании Нового года»

По большим и проезжим знатным улицам, знатным людям, и у домов нарочитых духовного и мирского чину, перед вороты учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых, против образцов, каковы сделаны на Гостине дворе и у нижней аптеки, или кому как удобнее и пристойнее, смотря по месту и воротам, учинить возможно, а людям скудным комуждо хотя по древцу или ветви на вороты, или над хороминою своею поставить, и чтоб то поспело ныне будущего генваря к 1 числу сего года, а стоять тому украшению генваря по 7 день того ж 1700 года.

Далее...

Елизавета I: всего одно злодейство за царствование

В 300-летней истории царствования Романовых была некая жуткая, кошмарная композиционность: всё началось с убийства 3-х летнего мальчика (при воцарении первого Романова — Михаила Фёдоровича в XVII веке был повешен на воротах Кремля Ворёнок – маленький сын Марии Мнишек и Лжедмитрия II (когда его несли вешать, он всё спрашивал: «Куда мы идём?»). Всё кончилось расстрелом царской семьи, включая царевича, 13-летнего Алексея. Но между ними, примерно посередине, при Елизавете, был ещё один мальчик…

Далее...

Загадочная и великолепная Знаменская церковь в Дубровицах

Если бы Знаменская церковь стояла в Москве или в Петербурге, она наверняка вошла бы в обязательную экскурсионную программу наряду с главными городскими достопримечательностями (такими как Кремль, собор Василия Блаженного, Театральная площадь в Москве, или Исаакиевский собор, Дворцовая площадь и Петропавловская крепость в Петербурге). Да в любом городе, будь то Рим или Париж, эта церковь, пожалуй, не затерялась бы и стала местом паломничества туристов. Это ведь безусловный шедевр архитектуры. Но она стоит в Дубровицах, под Подольском, вдали от проторенных туристических троп. И поэтому незаслуженно малоизвестна.

Далее...

Петр Первый: легко ли стать европейцем

В Европе о нем единогласно судили: «Дикарь». В Дрездене он, как ребенок, катался на карусели, устроенной на ярмарке, и требовал: «Живей! Живей!», пока все его придворные, послушно усевшиеся на деревянных лошадок вслед за царем, не повылетали из седел — к большому веселью царя. В Копенгагене, в естественноисторическом музее, он изъявил желание купить и забрать с собой в Россию египетскую мумию, а когда ему вежливо отказали, Петр с досады оторвал у мумии нос. В Данциге, на богослужении в соборе, он замерз и без всяких объяснений снял с головы сидевшего рядом бургомистра парик, чтобы надеть на себя – а перед уходом так же молча вернул. В Конненбурге, на обеде с супругой курфюрста Бранденбургского Софией Шарлоттой и ее матерью ганноверской Софией – дамами, славившимися своей ученостью и изысканностью манер, он, игнорируя салфетку, утирался рукавом, заставлял курфюрстин пить вино залпом из больших стаканов, и в конце концов, охмелев, пустился плясать по-русски, чтобы позабавить дам.

Далее...

Палаты Аверкия Кириллова (XVII век), Берсеневская набережная, 20

Стрельцы бегали по царским покоям, заглядывали в чуланы, шарили под кроватями, переворочали постели, тыкали копьями в престол и жертвенники в придворных церквах. Думный дьяк Ларионов спрятался, по одним известиям, в трубу, по другим — в сундук; его вытащили, сбросили с крыльца на копья и рассекли на части. Тогда же ограбили его дом и нашли у него каракатицу, которую он держал в виде редкости. «Это змея, — кричали стрельцы, — вот этою-то змеею он отравил царя Федора»…

Далее...