Хитрое устройство дома Наркомфина, что такое авангард и как министр финансов стал архитектором (Новинский бульвар, 25)

В 20-е годы встал вопрос: какое жильё строить? До революции всё было понятно: одни ютились в бараках и казармах, другие, как Филипп Филиппович у Булгакова, проживали в семи комнатах. Послереволюционная публика «уплотнила» Филиппов Филипповичей — так появились коммуналки. Там стали возникать первые стихийные коммуны. Правда, инициатива быстро сошла на нет из-за бытовых склок. Советские архитекторы решили: коммуны не прижились потому, что помещения были неподходящими. А если придумать подходящие помещения, то… Так что создатели дома Наркомфина проектировали не просто дом: они проектировали новый образ жизни, нового, небывалого советского человека. Вот уж у кого были амбиции инженеров человеческих душ!

Далее...

Петровский парк: загул по-купечески

Знаменитое место загулов и чудачеств московских купцов, обмывавших здесь удачные сделки. И пусть от знаменитого ресторана «Яръ» мало что осталось, зато в глубине парка в целости и сохранности стоит великолепный нарядный особняк, построенный по проекту Л.Кекушева – бывший ресторан «Эльдорадо», а рядом еще один – бывший «Аполло» (их слава когда-то не уступала «Яру»). Здесь же неподалеку – вилла «Черный лебедь» экстравагантного Николая Рябушинского – та самая, где он промотал свое состояние. Кроме того, именно в Петровском парке, в клинике психиатра Усольцева пытались спасти Михаила Врубеля от его страшного недуга – и в благодарность больной художник набросал для клиники эскиз ограды, построить которую взялся сам Ф.Шехтель.

Далее...

Идем в двухуровневую жилую ячейку типа F дома Наркомфина говорить о конструктивизме (экскурсия-лекция)

Легендарный дом Наркомфина в мае закроют на реконструкцию. Будут менять внешние стены, ломать поздние достройки и вообще, возвращать детищу Моисея Гинзбурга первоначальный вид. Само по себе это — прекрасно! Но вот какой шанс будет у нас с вами после превращения недавних руин в элитное жилье побывать внутри, в знаменитой жилой ячейке? А между тем жилые ячейки – явление весьма необычное, у них хитроумное эргономичное устройство, они выглядят, как супрематический артобъект, в них все на удивление продуманно. Тот случай, когда архитектура перемешана с философией, социологией, политикой… О философии архитектурного авангарда и о гибели традиционного искусства вместе со старым миром, об истории дома Наркомфина и о способах решения жилищного кризиса 20-х годов в Москве, о тех, кто здесь жил и о заказчике дома — «человеке возрождения» наркоме финансов Николае Милютине мы и поговорим, находясь в двухуровневой жилой ячейке типа F (именно этот тип парных ячеек – самый эффектный, остроумно придуманный). Ну и ячейку, разумеется, посмотрим со всех сторон.

Далее...